Тогда — скажите на милость, за что?! Данилов знал, что если убивают — то за что-то. Он, конечно, читал Сименона, слышал рассказы. Но в его практике «так просто» никто и никого не убивал, и Данилов в такую возможность как-то и не очень верил, что бы там не писали в детективах. Четыре убийства без мотива? А почерк один, верно ведь? Значит, есть кто-то, у кого есть причина рисковать, есть мотив беспощадно врываться в дома, убивать охотника за охотником. Мотив безумца? Может быть, какой ни есть, а мотив! Этот мотив и есть точка, в которой все сходится, — и поведение этих четверых, и их обидчика, и какие-то неизвестные счеты. Кто-то нахально бросил ему вызов… Бросил кто-то, у кого своя логика… может быть, и логика маньяка. Но дело даже не в том, маньяк этот тип или никакой он не маньяк. Кто-то делает отвратительные вещи и хочет скрыть их ото всех. Данилов знал, что не будет ему покоя, пока он не узнает, в какой точке сходятся эти четыре убийства.

…Так, вот они и фары, прыгают вверх-вниз, ползут по деревенской улице. Появилась, наконец, и медицина!

Часть I

ВОКРУГ ДА ОКОЛО

Глава 1. Порог

26 июля 2000 года

Видно было, как медведица рявкнула — раскрытый рот, все тело подалось вперед. А звука не донеслось даже малейшего — все звуки погасил порог. Малыши помчались вдоль воды, куда-то к огромным камням, оторванным недавно от скалы. Недавно — потому что всего сорок лет назад скалу рвали, делали дорогу на Осиновку. Даже бешеная горная река не успела обточить камней — громадных, тяжеленных, со множеством острых граней. Медвежата забрались на них, каждый на отдельный камень, попрыгали, как меховые мячики. Залезли и уселись на камнях, повернулись мордочками к матери. Профессор Товстолес подивился точности маневра — что-то до сих пор не замечал он за медведями таких талантов.

Медведица потянулась мордой к ним, замерла в странной позе: подавшись вперед, вытянув голову и спину по одной линии. Медвежата наблюдали за матерью, как завороженные, и вдруг оба кинулись в воду.